wutheringkites (wutheringkites) wrote,
wutheringkites
wutheringkites

Антон Павлович Чехов и ручной мангуст по кличке Сволочь

Сегодня я поведаю вам о ручном мангусте Антона Павловича Чехова по кличке Сволочь.


Палуба парохода «Петербург» после выхода из Коломбо: Антон Павлович и мичман Глинка, в светлых костюмах и белых шляпах, держат в руках мангустов, ноябрь 1890 года.

Возвращаясь с Сахалина, в Коломбо Антон Павлович и мичман Глинка купили по ручному мангусту. Затем Чехов наведался туда ещё раз и вернулся с каким-то диким существом, которое, по заверениям торговца, было самкой мангуста. С этими зверьками они вернулись на борт.

Тщательно изучив переписку писателя за искомый период, предлагаю вам выдержки, касающиеся истории с мангустами и пальмовой кошкой. Выдержки из писем буду перемежать с воспоминаниями Михаила Павловича Чехова из его книги "Вокруг Чехова". Вы узнаете много нового о любимом писателе, о мангустах, пальмовых кошках, экзотическом сорте кофе - да чего вы только не узнаете!


Из письма Н.А. Лейкину
10 декабря 1890 г. Москва.

Из Цейлона я привез с собою в Москву зверей, самку и самца, перед которыми пасуют даже Ваши таксы и превосходительный Апель Апелич. Имя сим зверям - мангус. Это помесь крысы с крокодилом, тигром и обезьяной. Сейчас они сидят в клетке, куда посажены за дурное поведение: они переворачивают чернилицы, стаканы, выгребают из цветочных горшков землю, тормошат дамские прически, вообще ведут себя, как два маленьких чёрта, очень любопытных, отважных и нежно любящих человека. Мангусов нет нигде в зоологических садах; они редкость. Брем никогда не видел их и описал со слов других под именем "мунго". Приезжайте посмотреть на них.




Далее приведены выдержки из писем, посвященные мангустам. Одно из писем написано рукою М. Чехова.

И.Л. Леонтьеву (Щеглову)
10 декабря 1890 г. Москва.

Описывать свое путешествие и пребывание на Сахалине не стану, ибо описание, даже кратчайшее, вышло бы в письме бесконечно длинным. Скажу только, что я доволен по самое горло, сыт и очарован до такой степени, что ничего больше не хочу и не обиделся бы, если бы трахнул меня паралич или унесла на тот свет дизентерия. Могу сказать: пожил! Будет с меня. Я был и в аду, каким представляется Сахалин, и в раю, т. е. на острове Цейлоне. Какие бабочки, букашки, какие мушки, таракашки!......
Ах, ангел мой, если б Вы знали, каких милых зверей привез я с собою из Индии! Это - мангусы, величиною с средних лет котенка, очень веселые и шустрые звери. Качества их: отвага, любопытство и привязанность к человеку. Они выходят на бой с гремучей змеей и всегда побеждают, никого и ничего не боятся; что же касается любопытства, то в комнате нет ни одного узелка и свертка, которого бы они не развернули; встречаясь с кем-нибудь, они прежде всего лезут посмотреть в карманы: что там? Когда остаются одни в комнате, начинают плакать. Право, стоит приехать из Петербурга, чтобы посмотреть их.


И.П. Чехову
Рукой М. П. Чехова (о встрече Антона Павловича после путешествия)
10 декабря 1890 г. Москва.

Я, Жан, опять в Москве. В Москве я вот по какому поводу, приехал Антуан. Еще 6-го он телеграфировал мне в Алексин, что завтра, т. е. 7-го, он будет проезжать через Тулу. В это время у меня гостила мать. Радость, конечно, была безмерная. Курьерский поезд, на котором он ехал, прибыл на станцию в Тулу на 5 минут раньше, чем поезд из Алексина. Приехали мы с матерью, ходили по платформе туда-сюда, нет Антона. Вошел я в вокзал: гляжу - сидит он у книжного ящика с каким-то морским офицером. Ах ты комиссия! Бросил он обедать, познакомил нас с офицером, и повели они нас к себе в вагон показывать разные разности. Вещей - гибель. Тут же по диванчикам бегают два прелестные зверка с остренькими мордочками. При нашем появлении один из них встал на задние лапки. Хвосты длинные и пушистые. Тут же сидел третий зверь - широкомордый бурят из Сахалина,- оказывается, это миссионер. Начали пить вино. Всю дорогу до Москвы пили и со зверками игрались. Разговоров, конечно, была гибель. Подъезжаем к Москве, а на вокзале - отец с Машей.



Приведу отрывок из книги брата писателя Михаила Павловича Чехова "Вокруг Чехова", изд. Московский рабочий, 1959, стр. 216:

"После трогательного свидания с писателем я и мать сели с ним в один и тот же вагон, и все пятеро покатили в Москву. Оказалось, что, кроме мангуса, брат Антон вез с собой в клетке еще и мангуса-самку, очень дикое и злобное существо, превратившееся вскоре в пальмовую кошку, так как продавший ее ему на Цейлоне индус попросту надул его и продал ее тоже за мангуса.
В Москву мы приехали уже при огнях, и не успел наш поезд подойти к вокзалу, как в вагон ворвалась дама с криками: "Где сын? Где сын?" - и бросилась обнимать Глинку. Это была его мать, баронесса Икскуль, выехавшая к нему навстречу из Петербурга.
С вокзала поехали домой на Малую Дмитровку, в дом Фирганга: брат Антон с матерью впереди, а я с "индейцем" позади. Почтенный бурят остановился у нас. По приезде спустили мангуса с веревочки, чтобы дать ему отдохнуть с дороги, и отворили дверцу клетки пальмовой кошки. Она тотчас же выскочила из нее и забилась глубоко под библиотечный шкаф, из-под которого вылезала потом очень редко, да и то большею частью только по ночам, чтобы есть".

Полагаю, что под термином "пальмовая кошка" скрывается малая циветта. Хотя многих циветт по-английски называют «кошками», мордочка у них совсем не кошачья – вытянутая, как у мангустов. Так что Чеховы могли бы разжиться циветом и изысканным сортом кофе Копи Лювак. Или это мусанг. Копи Лювак опять актуален - "Ах! Боже мой! что станет говорить Княгиня Марья Алексевна!"


Циветта малая цейлонская


Мусанг


Из письма А.П. Чехова А.С. Суворину
24 декабря 1890 г. Москва.

Ненавижу Вашего Трезора. Я привез с собой из Индии интереснейших зверей. Это мангусы, воюющие с гремучими змеями; они очень любопытны, любят человека и бьют посуду. Если бы не Трезор, то я привез бы одного в Питер пожить; он бы обнюхал все Ваши книги и пересмотрел бы карманы всех, приходящих к Вам. Днем он бродит по комнатам и пристает к людям, а ночью спит на чьей-нибудь постели и мурлычет, как кошка. Он может перегрызть Трезору горло, или наоборот... Животных он терпеть не может.




И.Л. Леонтьеву (Щеглову)
26 декабря 1890 г. Москва.

Спешу извиниться. В одном из своих писем Вы выразили желание*, чтобы который-либо из моих мангусов был назван Жаном Щегловым. Такое желание слишком лестно и для мангуса, и для Индии, но, к сожалению, оно запоздало: мангусы уже имеют имена. Один мангус зовется Сволочью - так, любя, прозвали его матросы; другой, имеющий очень хитрые, жульнические глаза, именуется Виктором Крыловым**; третья, самочка, робкая, недовольная и вечно сидящая под рукомойником, зовется Омутовой***.

* - В одном из своих писем Вы выразили желание... — 12 декабря 1890 г. Леонтьев писал: «Меня ужасно заинтересовали Ваши мангусы! И знаете почему? Я немножко узнаю в них себя. Я ведь тоже страшно любопытен, до гадости привязываюсь к человеку и, когда остаюсь один, часто плачу. Я тоже сражаюсь с гремучими змеями... литературными („Мир праху!“) и если не так теперь бесстрашен, то — всё равно — был бесстрашен, чему есть живые свидетели „Первого сраженья“ <...> Что бы Вам назвать одного мангуса, в мою память, Жаном Щегловым?!»

** Виктор Александрович Крылов - плодовитый драматург, пьесы которого Чехов не любил. Действительно, напоминает мангуста.



*** Омутова Евгения Викторовна, актриса Русского драматического театра Ф. А. Корша, исполнительница роли Саши (вместо Н. Д. Рыбчинской) на втором спектакле пьесы Чехова «Иванов» в 1887 году.

Даже в отсутствии Антона Павловича, к Чеховым стекались гости, дабы поглядеть на диковинных зверьков.

Из письма А.П. Чехова Чеховым
18 января 1891 г. Петербург.

Модест Чайковский уехал в Москву и зайдет к нам смотреть мангусов. Примите его получше, т. е. поласковей.

А. С. Суворину
31 января 1891 г. Москва.

Дома застал я уныние. Мой самый умный и симпатичный мангус заболел и смирнехонько лежит под одеялом. Скотинка не ест и не пьет. Климат занес уже над ним свою холодную лапу и хочет убить его. А за что?


А. С. Суворину
5 февраля 1891 г. Москва.

Мой мангус выздоровел и уже преисправно бьет посуду.

Мангуст и терпеливый, снисходительный котик!




Вот как описывает повадки мангуса и пальмовой кошки Михаил Чехов ("Вокруг Чехова", изд. Московский рабочий, 1959, стр. 217):

"Мангус с первых же минут почувствовал себя в Москве как дома. Он сразу вообразил себя хозяином, и не было никакой возможности унять его любопытство. Он то и дело вставал на задние лапки и совал свою острую мордочку положительно повсюду, в каждую щелочку, в каждое отверстие. Ничего не ускользало от его внимания. Он выскребывал грязь из узеньких щелочек в паркете, отдирал обои и смотрел, нет ли там клопов, прыгал на колени и совал нос в стаканы с чаем, перелистывал книги и залезал лапкой в чернильницу. Раза два или три он поднимался на задние лапки и заглядывал в горящую лампу сверху. Когда он оставался в комнате один, то начинал тосковать, и когда к нему возвращались, он искренне радовался, как собака. К сожалению, сожительство с ним в тесной квартире, да еще зимой, и в особенности с пальмовой кошкой, на которую он ожесточенно нападал, оказалось очень неудобным. В своих экскурсиях за мухами, пауками и вообще из-за необыкновенного любопытства мангус так много портил вещей, так много рвал одежды, обоев и обуви, а главное - ставил Антона Павловича в такое подчас неловкое положение перед посещавшими его знакомыми, что все мы с нетерпением ожидали лета, когда можно будет выехать на дачу и предоставить мангусу свободу на лоне природы. Когда к нам приходил кто-нибудь из гостей и оставлял в прихожей на окошке шляпу или перчатки, можно было смело ожидать, что мангус найдет способ туда проникнуть, вывернуть наизнанку перчатки и разорвать их и сделать кое-что неприличное в цилиндр.
Что же касается пальмовой кошки, то она так и не привыкла к человеку. Все время она пряталась, уединялась, а когда приходили к нам полотеры и, разувшись, начинали натирать полы, она вдруг неожиданно выскакивала из-под шкафа и вцеплялась полотеру в босую ногу. Тот ронял щетку и воск, хватался за ногу, громко взвизгивал и восклицал:
- А чтоб ты издохла, проклятая!


"нечистый дух"

Квартира на Малой Дмитровке была очень тесна, и когда я приезжал, поневоле приходилось иной раз устраиваться на ночлег на полу. Бывало, нечаянно дрыгнешь во сне ногой под одеялом, и вдруг тебе в ногу впивается острыми зубами какой-то нечистый дух: это выползала ночью из-под шкафа пальмовая кошка, забиралась, чтобы погреться, ко мне под одеяло и больно, до крови кусалась."


Посмотрев это видео, можно представить, как резвился мангуст в доме Чеховых. Зверёк разве что смс-ки не отправляет.




В отъезде Антон Павлович не забывал о своём любимце:

Чеховым
26 марта (7 апреля) 1891 г. Венеция.

Как живет синьор Мангус? Я каждый день боюсь получить известие, что он околел.

Чеховым
4 (16) апреля 1891 г. Неаполь.

За то, что вы не пишете мне про дачу и мангуса, я не привезу вам в подарок ничего. Купил было тебе, Маша, часы, но бросил их к свиньям. Впрочем, бог вас простит. Будьте здоровы. Поклон всем, тёте и Алеше.

Чеховым
17 (29) апреля 1891 г. Ницца.

Надеюсь, что сбруя для мангуса уже приобретена. Был ли он, подлец, в заседании Общества естествоиспытателей?

Вскоре произошло счастливое воссоединение.

Ал. П. Чехову
Между 4 и 15 мая 1891 г. Алексин.

Двулично-вольнодумствующий брат наш! Сим извещаю твое благоутробие, что я уже вернулся из гнилого запада и живу на даче (зри выше адрес). Со мною имеет пребывание и отец, который у Гаврилова, слава богу, уже не служит. Когда он уходил от Гаврилова, то последний сказал ему: "Ваши дети подлецы". Скушай!
Со мною же и мангус, вынимающий из бутылок пробки и бьющий посуду. Если тебе не случится видеть сего зверя, то это будет такое лишение, что и представить трудно. Ради зверя следовало бы приехать к нам.





А. С. Суворину
27 мая 1891 г. Богимово.

Мангус убежал в лес и не возвратился.

Страстный и эмоциональный Левитан возмущённо писал другу: "Как вы упустили мангуста? Ведь это черт знает что такое! Просто похабно везти из Цейлона зверя для того, чтобы он пропал в Калужской губернии!!!"

Но вскоре драгоценная пропажа по кличке Сволочь нашлась:

Из письма А.П. Чехова А. С. Суворину
4 июня 1891 г. Богимово.

Мангус нашелся. Охотник с собаками нашел его по сю сторону Оки, против дачи Снигирева, в каменоломне; если бы не щель в каменоломне, то собаки растерзали бы мангуса. Блуждал он по лесам 18 дней. Несмотря на ужасные для него климатические условия, он стал жирным - таково действие свободы. Да, сударь, свобода великая штука.

М. П. Чеховой
5 июля 1891 г. Богимово.

Машя! Торопись ехать домой, так как без тебя наше интензивное хозяйство пришло в совершенный упадок. Есть нечего, мухи одолели, из ватера идут удушающие миазмы, мангус разбил банку с вареньем и проч. и проч.....Скорей приезжай, ибо скучно чертовски. Сейчас поймали лягушку и дали мангусу. Съел.

Не совсем про мангуса, про соседского зоолога, но не могу удержаться - очень уж смешно:

А. С. Суворину
13 июля 1891 г. Богимово.

К зоологу Вагнеру приехали еще две тетушки. Все тетушки сдобные и миндальные; необыкновенное благородство чувств. Они обожают своего ученого племянника до такой степени, что ходят за его женой, как жандармы, боясь, чтобы кто-нибудь не посягнул на честь Володиного ложа. Она в лес, они за нею; она купаться - они в воду.




Михаил Чехов, повествуя о лете 1891 года, пишет и о геройстве мангуста ("Вокруг Чехова", изд. Московский рабочий, 1959, стр. 225):

"Между прочим, в Богимово были перевезены также и мангус с пальмовой кошкой. Как-то в июле мангус дал нам представление. Мы сидели большой компанией в парке, в одной из липовых аллей, как вдруг выползла длинная, в метр величиной, змея. Дети художника Киселева испугались и повскакали с мест, да и нам, взрослым, стало противно.
- Мангуса сюда!- крикнул брат Антон.- Скорее!
Я сбегал за зверьком и спустил его на землю. И едва он увидел змею, как превратился вдруг в круглый шар и так и замер на месте. Со своей стороны змея, почуяв невиданного врага, свернулась клубочком и подняла голову кверху. Произошла долгая немая сцена взаимного гипноза. Затем мангус вдруг точно очнулся от него, бросился на змею, схватил ее зубами за голову, разгрыз и потащил за собою в траву."




Наступила осень, зверьки совсем пообвыклись, но здоровье Антона Павловича ухудшилось.

А.С. Суворину
20 октября 1891 г. Москва.

Ах, подруженьки, как скучно! Если я врач, то мне нужны больные и больница; если я литератор, то мне нужно жить среди народа, а не на Малой Дмитровке с мангусом.

Н.М. Линтваревой
25 октября 1891 г. Москва.

Продаю мангуса с аукциона. Охотно бы продал и Гиляровского с его стихами, да никто не купит. По-прежнему он влетает ко мне почти каждый вечер и одолевает меня своими сомнениями, борьбой, вулканами, рваными ноздрями, атаманами, вольной волюшкой и прочей чепухой, которую да простит ему бог.

Всю осень 1891 года Антон Павлович хворал, а шустрый мангуст причинял немалый ущерб, погрызая обои и рвя нужные бумаги. Скрепя сердце, было принято решение отдать его в Московский зоопарк.

В ПРАВЛЕНИЕ МОСКОВСКОГО ЗООЛОГИЧЕСКОГО САДА
14 января 1892 г. Москва.

В Правление Зоологического сада
В прошлом году я привез с о. Цейлона самца-мангуса (по Брэму-mungo). Животное совершенно здорово и бодро. Уезжая надолго из Москвы и не имея возможности взять его с собой, я покорнейше прошу Правление принять от меня этого зверька и прислать за ним сегодня или завтра. Самый лучший способ доставки - небольшая корзинка с крышкой и одеяло. Животное ручное. Кормил я его мясом, рыбой и яйцами. Имею честь быть с почтением



Михаил Чехов написал: " Наконец жизнь с мангусами стала прямо невозможной... Возвратившись осенью из Богимова в Москву, еще кое-как дотерпели до зимы, а потом Антон Павлович написал письмо в Зоологический сад с просьбой принять от него этих зверей в дар. Был трескучий мороз, приехал какой-то молодой человек в золотых очках, приехал - и с той поры мангус и его спутница, пальмовая кошка, сделались украшением Зоологического сада. Сестра Мария Павловна не раз там их навещала."

Однако в книге Дональда Рейфилда я прочитала следующее: "Пальмовая кошка той весною, судя по всему, нашла в доме Фирганг свой конец. В квартиру, где на хозяйстве остался Павел Егорович, пришли полотеры и спугнули кошку с лежанки под умывальником. Она цапнула одного из рабочих за палец, и тот в долгу не остался." И там же в сносках - "Из мемуаров Маши и Миши (я - Чеховых) можно понять, что пальмовая кошка была передана в московский зоопарк. Однако в его архивах сведений о ней не нашлось". Сами решайте, чему верить.

У Чехова был серый мангуст, вот вам жёлтые мангусты просто так - полюбоваться:

       

Мангусты необычайно отважны, если можно нападать, то они нападают, а не убегают.

Один ролик потряс меня до глубины души. Лев схватил мангуста, сильно ранил его, но зверёк не сдавался до конца, вырывался, верещал и кусал (!) обидчика. Схватка продолжалась несколько мучительных минут. Лев плюнул и отпустил мангуста! Это очень тяжело смотреть, зверёк сильно поранен, он неизбежно умрет от ран или голода. Но мужество потрясает - ни единой секунды схватки с заранее обречённым исходом мангуст не сдавался. Приводить ролик здесь я не решилась, слишком жестокое зрелище. Если хотите посмотреть, его легко найти на ютьюбе.

P.S. - пост должен выйти "отложенной записью", надеюсь, что никакие коды не сбились.
Tags: du plaisir à lire, savoir - lire, tieren, weißt du was, Κλειώ, А.П. Чехов
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 63 comments